Читаем без скачивания 10 июня 1941 года [СИ] - Алексей Рюриков

Алексей Юрьевич Рюриков

10 июня 1941 года [СИ]

10.06.2006. Российская Федерация, Москва.

"Блин, чего мне в номере не сиделось? До стоянки такси три минуты, до офиса партнеров - еще сорок. До встречи - два часа! Кой черт меня в такую рань понес? М-да... главное, только в холле мысль пришла... Ладно. Закурим, ме-едленно пойдем, командировочные тикают..."

10.06.1941. СССР, Москва. Пять минут спустя.

"Куда это я вышел? Бред какой-то... Так, не спеша оборачиваемся... М-мать... я не сюда селился! Так, спокойно... пил я на завтраке только кофе... Что за черт?!"

Там же, два часа спустя...

(нецензурно)

Еще полчаса спустя...

"Сорок первый год!? Фантастика мля... ладно, материться уже не могу, все сказал уже... не бывает такого, не бы-ва-ет! За что ж меня так, а? И кто? Кто??? Узнаю - порву, блин! Ладно, что ж теперь делать-то, а? Делать-то... Вон, на улицах народ уже косился. Впрочем, пиджак-брюки - костюм на века, только фасоны меняются. Как там на старых фото? Да так же почти... ладно. Но если документы проверят... Уй-ёёё... Что у меня есть? Паспортина с орлом, деньги... КПК, сотовый, ручка, блокнот. Визитки, карточки скидочные не выложил... ну часы, сигареты, зажигалка - ладно, а вот это... Точно шпион, по местному времени-то.

Десятое июня. До войны двенадцать дней, а там... там погано. Внезапный удар, окружения, отступление... И ведь пойди сейчас расскажи - в психушку сдадут! Или в НКВД, как паникера... НКВД. Та-ак. А что у нас в НКВД? Там у нас Берия, Лаврентий Палыч. По мемуарам - хоть и гад, но вменяемый мужик, профессиональный, информацию до Сталина донести сможет. Если до него до самого донести. К военным можно не соваться, к партийным... все равно в ГБ отправят, к гадалке не ходи. Или в психушку? Я б куда отправил? Пра-авильно... а когда бы не отправил? О! Тоже правильно! ...Расстреляют? Нифига не расстреляют, будут проверять - куда денутся? А потом подтвердится... хотя провокация, конечно, но... все, пошел".

Два часа спустя, Лубянка, главный вход.

- Сержант, явку примите. Что значит какую? С повинной явку. Я понимаю, что не ваша компетенция, вы дежурный или где? Вот именно. Регистрируйте явку с повинной и вызывайте дежурного оперативника, дальше он разбираться будет.

Час спустя, Лубянка.

- Я понимаю гражданин лейтенант, что это странно. Вы явку читали? Отлично. Да, я в здравом уме и подтверждаю изложенное. Я действительно агент Абвера, немецкой военной разведки. Нет, не резидент, блуждающий. Групповод, по-вашему. Заброшен в СССР со специальным заданием неделю назад. Задание - установить связь с агентом немецкой разведки генералом армии Павловым, передать ему приказ о недопущении развертывания войск Белорусского округа до 22 июня.

"Верь мне, падла! Ну же, опер! Где ты еще настоящего шпиона видел? Сам пришел, на высокий чин вывожу, верь! Тебе же следующее звание обеспечено, блин! Ну?

Жаль Павлова, ну да и черт с ним. Все равно не на своем месте, ему дивизией командовать - максимум, все кто мемуары писал - так отзываются. Да и историки тоже. Потом, все равно его расстреляют, месяц раньше, месяц позже... а мне доверие надо. Что он там бормочет?"

- Нет, не клевещу. Из указаний разведцентра мне стало известно, что 22 июня немецкие войска начнут войну с СССР. Я из эмигрантов, антисоветчик и антикоммунист, но я - русский. Да, я немецкий разведчик... Шпион? Пускай, шпион. Уже пятнадцать лет работаю на немецких военных. Но все же я - русский, а там - немцы. Они ведь не коммунистов убивать будут, сколько там у вас коммунистов?

...Много? Да черт с ним, обычных людей все равно больше! Не могу я...

"Так, что тебе еще про внезапно проснувшийся патриотизм спеть? Пацан, зови старших! С опытом, чтобы эту линию поняли, она ж нормальная линия, на такую разводку белоэмигрантов пачками вербовали... Чего тебе? А..."

- Да, приказ я передал. Нет, никаких письменных доказательств, разумеется, нет. Только мои показания и его действия. Пароля тоже нет, мы знакомы лично. Павлова вербовали в Испании, это очень важный, самый ценный агент Абвера в СССР, и связь он должен поддерживать только с лично знакомым связным. Пароли - это несерьезно.

- Да, встречался, в Испании. Именно на этот случай нас познакомили. Кто? Канарис. Да, адмирал. Да, лично, он бы и на связь лично ходил, да в СССР нелегально пробраться не может... Что? Да, есть еще что сообщить. Мне приказано обратить главное внимание на диверсионные мероприятия на направлениях...

" Хорошо, что как раз позавчера Исаева про начало войны читал! Пока основное помню. На тебе, лейтенант, записывай! Павлов не поднимет войска, немцы нанесут удары, где я сказал... и мне начнут верить. А дальше... дальше посмотрим, зря я что ли историей Второй отечественной всегда интересовался?"

23.06.1941. СССР, Москва, Лубянка.

- Здравствуйте, гражданин нарком... Конечно, узнал, ваши портреты в каждой газете. Смешно было бы не узнать... Подтвердилось? Ну вот... Что? Вы хотите сказать, что мне не поверили и действий не предприняли? А Павлов? Наблюдение... и что? Ах теперь будете брать? Ну что ж...

- Как? Да, могу написать еще. Основные силы, командующих группами, состав - примерно... Конечно примерно, я ведь не начальник генштаба Германии.

Ну, госпо... то-есть, гражданин Кобулов... Что? Конечно знаю, Богдан Захарович. Как же заместителя наркома внутренних дел не знать? Я хоть и не начальник генштаба, но и не второй день в разведке... О чем это мы? Ах да... да, структуру Абвера и СД и знакомых мне сотрудников этих ведомств я могу описать. Собственно, вот - мне в камеру дали бумагу... Нет, жалоб нет. Я все прекрасно понимаю - нельзя без проверки, возможность дезы... Ну так проверяйте! Через неделю все мои данные о немцах можно будет выбросить в урну, они к Минску и Киеву выйдут!

"Наконец-то зашевелились, мля!"

- Нет, разумеется, этого мне не сообщали. Но мы предполагали, что после начала войны Павлова могут перевести в Москву, и Канарис дал мне указания, на что обращать особое внимание. А группы... видите ли... я ведь работал не по России. Когда мы оказались за границей, удалось выправить чужой паспорт, на немцев. Русских немцев, да конечно. Так что, по немецким понятиям я - фольксдоче. И работал в среде нацистов с 1927, как личный агент начальника военной разведки... Ну как кто? Николаи, господин Николаи, разумеется. Потом Канарис... Ну как почему? Натуральный немец, он ведь и к наци переметнуться мог. А я так, эмигрант. Какие у меня еще варианты быть могут, только за шефа держаться... Какая еще кличка? Ах мой позывной... ЖЖ. Откуда я знаю, что это означает? Позывной как позывной, в Абвере дали. У меня их десяток был... Конечно, изложено в явке!

"Хоть вспомнить напоследок... Чего? А, это мы тебе сейчас..."

- Агенты в СССР? Я знаю о троих. Это Павлов, еще один человек из военного руководства, его арестовали в 1938, данные его мне не сообщали, но он помог в вербовке Павлова, и еще один ваш - чекист. С ним нет связи, моя вторая задача - попробовать его найти... Да, конечно. Федоров. Николай Николаевич, его в конце 1937 в Киеве через ОУН вербовали, через Коновальца, по его каналам. Федоров тогда как раз начальником УНКВД состоял. Вот к нему как раз и пароль есть, а как же? У него мое фото имеется, ну и я его фотографии изучил. А пароль простой: "простите, я вам помогал в Одессе..." Смысл такой, что как бы он своего стукачка встретил, бывшего. Это ж сразу - секретность возникает, любые вопросы списать можно... И легенда для меня, чтоб легализоваться если что... Ну, а коли расколют меня, я должен был сказать не "простите", а "извините". Простенький вариант, ну так они самые надежные и есть. Можно выйти на него, проверите... Почему? Расстрелян? Ну так тем более - поднимите дело, проверьте пароль, он же назвал?

"Давай, давай. Кусай локти, что настоящего шпиона в репрессиях упустил! И не проверишь ты меня, Федоров году в тридцать восьмом взят, и потом расстрелян! Опять же, глядишь - польстил, настоящих шпионов, мол, тоже хватали... Чего? А, опять проверяет..."

- Нет, последняя связь с ним, ежели не ошибаюсь, в 1938 была. Аккурат когда Коновальца ваш Судоплатов рванул... Ну как откуда? Оттуда же, от него... Нет, не от Судоплатова, Господь с вами! От Федорова. Я ведь в Роттердаме, грешным делом, на десять минут к Консулу опоздал... К тому самому, к Коновальцу. Это, изволите ли, позываной такой у покойного был, Консул-первый. Второй? А как же, имеется...

"Так, про националов украинских сейчас изложим, а дальше... Надо бы ему что-то про их нквдешную сеть ввернуть, что мол, мало все же немцы знают и не точно. Чтобы не кинулся связи с агентурой рвать, как с разоблаченными... О!"

- Да, Андрей Судоплатов, не знаю по батюшке, подпортил репутацию мне... Андрей, разве нет?

"Андрей - не имя, кличка. Ник, ага. Валяй, думай... что?"

- Нет, насколько я знаю, о личности вашего боевика Федоров узнал случайно, в разговоре со своим знакомым, Шпигельглассом... К сегодняшним делам вернемся? Да, пожалуйста. Я знаю несколько немецких агентов, находящихся в Германии. В лицо и по именам, но не могу сказать, настоящие это имена или псевдонимы. Сотрудников Абвера и СД - да, многих... Нет, там настоящие имена, разумеется... Характеристики? Конечно, напишу... Нет, агентов в СССР больше не знаю, как и готовящиеся заброски. Помилуйте, я ведь не начальник Абвера! Это ведь лишнее для агента, других-то знать... Нет, других агентов такого уровня у Рейха нет... Да, уверен. Слишком уж большое значение придавал адмирал моей заброске. Если б еще люди были - я бы получил меньше сведений о планах Рейха... Нет, не думаю, что меня хотели использовать как дезинформатора. Вы ведь, гражданин комиссар второго ранга... Да знаю я ваше звание! Я хоть и не начальник Абвера, но и... да, продолжаю. Вы ведь о моем присутствии в России и не догадывались. Не приди я сам... Связь? Да-а, это вы верный вопрос задали.